Отрешён навек от жизниплотской,
мыслями направлен в небеси,
проживает патриарх московский
и, само собой, всея Руси.

У него — возвышенные цели,
и в делах, и в помыслах ончист,
он живёт в скиту, в монашьейкелье,
а под ним — какой-тоэкс-министр.

Патриарх — он на воде и хлебе.
Если пост — то исключает хлеб.
Ежедневно — утренний молебен:
за Марию, за святой вертеп.

За святых, а равно и загрешных,
осеняет он крестом чело...
Сами понимаете, конечно —
патриарху очень тяжело.

Он живёт под гнётом испытаний,
находя спасенье средь молитв:
то панк-группа в храмехулиганит,
то министр снизу напылит.

Только патриарху не впервые
за весь мир молиться предпостом —
не согнётся патриаршья выя
под тяжёлым золотым крестом.

Он постится пятую неделю
и готов к пасхальным чудесам.
В пять часов утра встаёт спостели
и сверяет время по часам.

По часам завода "СлаваБожья" –
на дешёвом тонком ремешке
из истёртой, потускневшей кожи
на благословляющей руке.

Никакого лишнего богатства,
корпус металлический, простой,
но под объективом папарацци
он искрой сверкает золотой.

Будто бы на нём клеймо"Брегета",
будто стоит целый миллион...
Патриарх врагами оклеветан,
но наветам не поддастся он!

Он кладёт земных поклоновтриста,
десять раз читает "Отченаш",
и его к юстиции министру
доставляет скромный экипаж...


Только после, из фотоотчёта,
разглядеть вся публика смогла,
как сверкает бриллиантом что-то
в матовой поверхности стола.

Вся рука закутана в подрясник.
На столе ж, блестят в лучахкосых,
золотые (это видно ясно),
видимо, швейцарские часы.

Вот загадка — есть часы — инету.
Чудо очищения постом.
Может быть, и не было Брегета.
Может, он не стоил тысяч сто.

Я, конечно, ставлю на министра—
на глазах собравшейся толпы
он сумел невероятно быстро
стырить у святейшего котлы!