Страница 1 из 2 12 ПоследняяПоследняя
Показано с 1 по 10 из 11

Тема: Конструктивизм

  1. #1
    Аватар для Пyмяyx**
    Пyмяyx** вне форума Основатель движения, Administrator, координатор по Израилю,

     Великий Гроссмейстер Пурпур Народный реферер purpur.jpg

    Регистрация
    31.01.2003
    Адрес
    Санкт-Петербург и Кирьят-Экрон
    Сообщений
    145,037

    По умолчанию Конструктивизм

    Конструктивизм в архитектуре Москвы

    Небольшой обзор конструктивизма в архитектуре Москвы. Фотографии aspmaster, текст japanese_gemma.



    "Северный ветер"

    Сложная и противоречивая эпоха начала XX века оставила нам в наследство вечно молодое революционное искусство – русский авангард, самым ярким проявлением которого стал конструктивизм в архитектуре. Хотя конструктивизм считается советским искусством, его идеи возникли раньше. Например, черты этого стиля можно увидеть даже в Эйфелевой башне. Но, разумеется, в развитии новаторского пролетарского искусства СССР был впереди планеты всей!

    Братья Леонид, Виктор и Александр Веснины, М. Я. Гинзбург, К. Мельников, И. А. Голосов, А. М. Родченко, А. М. Ган, В. Е. Татлин, В. Ф. Степанова - самые известные художники, которые разрабатывали этот стиль в разных его проявлениях, таких, как архитектура, эстетика, дизайн, графика, живопись, фотография.

    Творческие люди эпохи авангарда 1920-1930 гг. отвергли принцип «искусство ради искусства» и решили, что отныне оно должно служить исключительно практическим целям. Геометризм, плоские крыши, обилие стекла, нетрадиционные формы, полное отсутствие декора – вот отличительные черты этой архитектуры. Конструктивизм также был реакцией на дворянскую и купеческую архитектуру, надменную, помпезную и классически-традиционную. Необычными в новых зданиях были не только формы, но и сами типы этих строений: дома-коммуны, общежития, фабрики-кухни – всё это отражало утопические идеи о новой, революционной жизни, где нет места ничему буржуазному, индивидуальному, а всё совместное, в том числе и быт, и даже воспитание детей.


    В 1924 году Гинзбург и братья Веснины создают ОСА (Объединение современных архитекторов), в которое вошли ведущие конструктивисты. С 1926 года был у конструктивистов и свой журнал, который назывался «Современная архитектура». Просуществовал он всего пять лет.

    В. Паперный, автор книги «Культура 2» приводит интересную цитату: «Пролетариат, — писал автор одного из самых экстремистских проектов тех лет, — должен немедленно приступить к уничтожению семьи как органа угнетения и эксплуатации». И всё-таки, несмотря на утилитарность, конструктивизм считается явлением очень даже романтическим. Дело в том, что именно здесь лучше всего проявился замечательный смелый, бунтарский дух. И, если в жизни последствия этого революционного духа сомнительны, то в искусстве он оставил свой необычный и яркий след.

    Свежий ветер, который сдул купеческую дремоту, птица, которая, чтобы летать, должна питаться собственным мясом (метафора уничтожения старого, упомянутая Паперным), северная устремлённость в бесконечность.

    Эти странные даже по нынешним временам сооружения оставляют чувство холода и бездушного, почти безжизненного, механического мира – «сараи и казармы».

    Вот что по этому поводу писал М. Я. Гинзбург: происходит «…непрерывная механизация жизни», а машина есть «…новый элемент нашего быта, психологии и эстетики».

    Гинзбург и Милинис в 1928-30 гг. построили на Новинском бульваре дом-коммуну сотрудников Наркомфина. Дом спроектирован так, что в нём можно жить, так сказать, не отрываясь от производства: несколько корпусов выполняют разные функции. Есть жилая зона, столовая, спортивный зал, библиотека, корпус общественного обслуживания, ясли, детский сад, мастерские.





    Быт, работу и творчество пытался объединить и главный архитектор русского авангарда Константин Мельников в своем знаменитом доме-мастерской в Кривоарбатском переулке. Удивительное здание круглой формы с множеством шестиугольных окон кажется маленьким. Но те, кто был внутри, говорят, что впечатление это обманчивое, дом Мельникова довольно просторный. Архитектор был очень привязан к своей семье и хотел соединить мастерскую и жилые помещения и в тоже время максимально усовершенствовать быт. На лекции, посвящённой этому шедевру конструктивизма, рассказывали много интересных вещей. Например то, что Мельникову казалось упущением, что человек столько времени проводит без дела – во сне. Он работал над тем, чтобы как-то найти применение сну, но так и не нашёл.



    В районе Арбата находится также первый советский небоскрёб – здание Моссельпрома, расписанное лозунгами Маяковского Александром Родченко. В доме размещались склады, администрация московских продуктовых магазинов, часть здания была жилой. Кроме лозунгов, Родченко поместил на стене рекламные изображения: конфеты «Мишка косолапый», молоко и пиво «Друг желудка», папиросы «Герцеговина Флор».





    Фантазия архитекторов наиболее ярко выразилась в создании клубов и дворцов культуры. В 1927 -1928 годы к юбилею революции по проекту И. А. Голосова был построен один из первых рабочих клубов – Дом культуры имени С. М. Зуева или Клуб профсоюза коммунальников имени Зуева, названный в честь слесаря трамвайного парка, который сражался на баррикадах в 1905 году. Центром этого здания с огромными окнами на Лесной улице является стеклянный цилиндр с лестницей внутри, который «держит» весь корпус строения и остальные элементы.

    Сложная композиция мельниковского Дома культуры имени Русакова (первоначальное название Клуб Русакова Союза Коммунальников) на ул. Стромынка производит мощное впечатление. Дом культуры получил название в память руководителя Сокольнической организации большевистской партии И. В. Русакова. Несмотря на сложность, похожее на шестерёнку здание выглядит очень цельным и динамичным. С первого взгляда оно поражает своими тремя чётко ограненными, выступающими белыми торцами балконов-аудиторий, которые примыкают к зрительному залу. Балконы чередуются с простенками с окнами, за которыми находятся лестницы. Зал, занимающий центральную часть клуба, тоже особенный – он проектировался как многофункциональный, с возможностью разделять его разными перегородками. Небольшое, но очень интересное здание, которое хочется рассматривать с разных ракурсов.





    И всё-таки главная цель архитекторов, которые творили в этом авангардном направлении - решение насущных вопросов, например, расширение инфраструктуры города с его растущим населением. Так что обратим наше внимание с домов культуры на утилитарные строения – гаражи, магазины, фабрики-кухни, хлебзаводы.

    Хлебзавод № 5 (Хлебзавод имени Зотова) 1931 года на Ходынской улице работал до недавнего времени. Здание было построено в 1931-32 годах по проекту архитектора А.С. Никольского и оборудовано новаторской техникой инженера Г. Марсакова, которая обеспечивала выпуск 50 000 батонов в день. После пожара в 2007 году производственный комплекс было решено перенести на окраину Москвы, а в здании открыть культурный и деловой центр. Непонятно, что будет на месте этого памятника…



    Автобусный парк на ул. Образцова – одно из самых известных творений К. Мельникова. Мельников добился того, что готовый проект стандартного манежного типа для этого гаража был заменён на новый, придуманный архитектором и более эффективный. Металлические конструкции крыши Бахметьевского гаража - одна из последних значительных работ инженера В. Г. Шухова. В 2001 состояние гаража было почти что угрожающим, и здание передали еврейской общине, которая организовала реставрацию. К сожалению, во время реставрации часть конструкций Шухова снесли. К 2008 году ремонт здания был завершён: воссоздана крыша, фасад (по фотографиям и чертежам Мельникова). Может быть, к чему-то стоило отнестись с большим вниманием (например, явные следы евроремонта совсем не смотрятся на памятнике начала века). Но всё же это гораздо лучше, чем ничего! Сейчас в Бахметьевском гараже располагается музей современного искусства «Гараж» и еврейский культурный центр.



    Ещё одно творение Мельникова находится недалеко от Бахметьевского автобусного парка. Это гараж для автомобилей ВАО «Интурист». Интересно, что Мельников подключился к проекту только на последней стадии – ему требовалось лишь оформить фасад, не затрагивая планировку здания. Фасад архитектор представил как экран, на котором видны проезжающие по внутреннему спиральному пандусу автомобили. Несмотря на парадоксальность идеи иностранного туризма в закрытом государстве, Мельникову эта идея виделась в радужном свете: «Путь туриста изображён бесконечностью, начиная его с размаха кривой и направляя его быстрым темпом вверх в пространство».



    Новый тип сооружений новой эпохи – фабрика-кухня – наряду с домом-коммуной как нельзя лучше иллюстрирует идеи обобществления быта. Предполагалось, что в маленьких комнатках общежития люди будут проводить совсем мало времени, так как большая часть жизни будет проходить на виду, в обществе: работать – на заводе, есть – на фабрике-кухне. Иногда эти заведения были частью дома (жилого или производственного помещения), иногда – располагались в отдельном здании. Такова бывшая фабрика-кухня, которую под девизом «Долой кухонное рабство!» возвёл на Ленинградском проспекте архитектор Мешков. Эта кухня была первой в Москве и третьей в СССР и производила 12 000 обедов в день. В 1970х здание перестроили – остеклили галерею третьего этажа. К настоящему моменту осталось только одно действующее советское заведение общепита – фабрика-кухня на заводе МЭЛЗ, а здание на Ленинградском проспекте заняли офисы, и вообще, выглядит оно довольно непрезентабельно, никогда и не подумаешь, что это архитектурный памятник.





    «Передовики» нового образа жизни, творцы и пропагандисты новой культуры сами спешили опробовать свои идеи на практике. Дом-коммуну на Гоголевском бульваре построила для самих себя в 1929-1931 гг. под руководством Моисея Гинзбурга та же группа архитекторов, что и дом Наркомфина, поэтому его иногда называют младшим братом последнего. В жилищное товарищество «Показательное строительство» вошли молодые архитекторы Михаил Барщ, Игнатий Милинис, Михаил Синявский, Вячеслав Владимиров, Любовь Славина, Иван Леонидов, Александр Пастернак, Андрей Буров и другие.

    Внешне это здание далеко не такое интересное, как многие другие памятники конструктивизма, но идеи, которые оно выражает – те же: обобществление быта всех жильцов, отделение личного пространства от хозяйственных нужд. Дом-коммуна на Гоголевском принадлежит к так называемому переходному типу: столовая, прачечная и прочие бытовые помещения находятся в отдельных блоках здания, а в квартирах, в виде «мелкобуржуазных» уступок, остаются небольшая кухня, туалет и душевая кабина.


    Дом состоит из трёх отдельных корпусов: шестиэтажный корпус с квартирами для холостяков, семиэтажный с двух-трёхкомнатными квартирами для семей и бытовой корпус с помещениями для коммунальных и хозяйственных нужд.

    Помимо клубов и гаражей, яркими образцами конструктивизма считаются мосторги – универмаги для пролетариата. В противовес роскошным «капиталистическим» магазинам центра Москвы, их строили в рабочих районах, например, мосторг в Марьиной Роще или Даниловский. Но самый первый мосторг был возведён в районе с революционным названием - на Красной Пресне. В 1913-1914 на Большой Пресненской улице в доме № 36 жил Владимир Маяковский, чья авангардная и по форме содержанию поэзия как нельзя лучше отражает атмосферу той эпохи. В 1927-1928 гг. братья А. А., В. А. и Л. А. Веснины построили по соседству Пресненский Мосторг (позже переименован в Краснопресненский универмаг). Благодаря лаконичной конструкции и удачному угловому расположению, он хорошо вписалось в старую застройку. При его сооружении были применены новые, передовые по тем временам технологии экономичного строительства, а застеклённый фасад, который выглядит, как одна огромная витрина, также символизировал доступность универмага для всех желающих.



    Видимо, пролетарский поэт не раз посещал пролетарский универмаг, а особенно его впечатлили купленные там туфли, которые он увековечил в своём творчестве. Если в «Стихотворении одёжно-молодёжном» эти туфли – всего лишь не очень удачное приобретение простой небогатой девушки:

    Рубли
    завелись
    у рабочей дочки,
    у пролетарки
    в красном платочке.
    Пошла в Мосторг.
    В продающем восторге
    ей
    жуткие туфли
    всучили в Мосторге.
    (Вл. Маяковский),

    то в произведении «Любовь» обувь из Мосторга уже служит зловещим орудием ревнивой женщины:

    «А любят,
    так будь
    монашенкой верной -
    тиранит
    ревностью
    всякий пустяк
    и мерит
    любовь
    на калибр револьверный,
    неверной
    в затылок
    пулю пустя.
    Четвертый -
    герой десятка сражений,
    а так,
    что любо-дорого,
    бежит
    в перепуге
    от туфли жениной,
    простой туфли Мосторга».

    Уж не туфли ли превратили девушку в мегеру и запугали несчастного вояку-мужа? А то похоже на детские страшилки: говорила бабушка внучке, не ходи в Мосторг, не покупай там туфли. Девушка не послушалась, купила, вышла замуж… Какими такими ужасными качествами обладали туфли из Мосторга, мы никогда не узнаем: на память о том времени нам остались только стихи Маяковского и творения художников и архитекторов эпохи русского авангарда; в бывшем Пресненском Мосторге теперь ведётся совсем другая торговля. В 2002 году здание приватизировала компания «Бенеттон», которая произвела реконструкцию. Фасад-витрина был обновлён приближенно к первоначальному проекту Весниных, восстановлена вывеска «МОСТОРГ» в стиле 1920х годов, интерьерам же повезло меньше: от них практически ничего не осталось.

    Многие из конструктивистских зданий дожили до нашего времени в весьма плачевном состоянии – что-то обветшало или совсем разрушилось, что-то перестроено. Дворец культуры Автозавода имени И. А. Лихачёва – во многом произведение исключительное. Это самый первый и самый большой рабочий клуб и одна из немногих хорошо сохранившихся построек той эпохи.



    В 1930 г. Был объявлен конкурс на проект Дворца культуры Пролетарского района, проекты предоставили большинство архитектурных объединений. Победителем не выбрали никого, а проект клуба создали братья В. А. и А. А. Веснины, которые в своей работе использовали материалы конкурса.



    Строительство началось в 1931 году и продолжалось до 1937 года. Место под грандиозное здание было выбрано неслучайное – территория Симонова монастыря. В ходе реализации проекта были уничтожены несколько башен, часть стен, главный храм, на рабочих субботниках снесли кладбище, где были похоронены представители известных дворянских фамилий. Сооружение рабочего дворца культуры на месте старинного кладбища имело явное идеологическое значение и символизировало победу нового революционного искусства над «отсталой» религией, историей, памятью.

    В ходе первой очереди строительства, к 33 году, построили малый театральный корпус; в 1937 г. во время второй очереди возвели клубный корпус. Покрытое тёмной штукатуркой здание обладает масштабной, сложной планировкой, но вместе с тем отличается целостностью, динамичностью, гармонией. Дворец культуры имеет несколько фасадов: боковой, выходящий на Восточную улицу, северный, перед которым располагается парадная площадь, и парковый, с полуротондой, обращённый в сторону реки. В здании предусмотрены большое фойе, зимний сад, выставочный зал, научно-технические кабинеты, лекционный и киноконцертный залы, библиотека, обсерватория, помещения для работы кружков.

    Проект, к сожалению, воплощён не полностью: так и не построен театральный корпус, парковая часть (всю прилегающую территорию хотели превратить в парк со спортивными сооружениями), спортивный комплекс. Но, тем не менее, и сейчас Дворец культуры производит удивительно целостное и позитивное впечатление. Несмотря на трагичное прошлое и «несчастливое» кладбищенское место, судьба этого памятника конструктивизма сложилась на удивление неплохо. Как и многие постройки того времени, он не избежал реконструкции (в 40х, 50х и 70х гг.), но это были те удачные случаи, когда ремонт не сильно нарушил общей идеи и стиля. В течение многих лет со времен своего создания, Дворец культуры ЗИЛ активно функционирует, в нём работает коллектив талантливых педагогов. Такое впечатление, что замысел создателей благополучно воплотился и радует нас и сейчас, в совсем другую эпоху.




    В обзоре были представлены следующие строения:

    1. Дом-коммуна (Жилой комплекс РЖСКТ для строительных рабочих). М. Барщ, В. Владимиров, И. Милинис, А. Пастернак, С. Славина, 1929. Гоголевский бульвар, 8 (м. Кропоткинская)

    2. Моссельпром. Д. Коган, 1923-1924. Калашный переулок, 2/10 (м. Арбатская)

    3. Дом-мастерская. К. Мельников, 1927-1929. Кривоарбатский переулок, 17 (м. Смоленская)

    4. Здание Наркомзема, министерство сельского хозяйства. А. Щусев, 1928-1932. ул. Садовая-спасская, 11/1 (м. Красные ворота)

    5. Фабрика-кухня. А. Мешков, 1928-1929. Ленинградский проспект, 7 (м. Белорусская)

    6. Жилой дом Наркомфина. М. Гинзбург, И. Милинс, 1928-1930. Новинский бульвар, 25 (м. Баррикадная)

    7. Мосторг. А., Л. и В. Веснины, 1929. Красная Пресня, 48/2 (м. Улица 1905 года)

    8. Хлебзавод № 5. Г. Марсаков, 1932. Ходынская, 2, стр. 2 (м. Улица 1905 года)

    9. Бахметьевский автобусный парк. К. Мельников, 1926-1927. Образцова, 19 (м. Новослободская) - сейчас там галерея "Гараж".

    10. Гараж "Интуриста". К. Мельникуов, 1934. Сущевский вал, 33 (м. Савеловская)

    11. Клуб им. Русакова. К. Мельников, 1927-1929. Стромынка, 6 (м. Сокольники)

    12. Клуб им. Зуева. И. Голосов, 1927-1929. Лесная, 18 (м. Белорусская)

    13. ДК автомобильного завода ЗИЛ. А., Л. и В. Веснины, 1930-1937. Восточная, 4 (м. Автозаводская)


    На смёпках с 1 Израильской

    Хочу переделать мир. Кто со мной?

  2. #2
    Регистрация
    15.06.2016
    Адрес
    Kyrgyzstan,Bishkek
    Сообщений
    28,836

    По умолчанию

    Авангард









    В 1920-е в Советском государстве появился такой же революционный, как и новая власть, архитектурный стиль. Простые конструкции и отсутствие декора, стекло и бетон — такими строили авангардные здания. Для архитекторов-авангардистов была важна функциональность постройки, а не ее эстетическая ценность. Неудивительно, что у стиля, помимо сторонников, были и ярые противники, называвшие авангардные здания «бетонными опухолями» на теле Москвы. Так, например, современники оценили мельниковский Дом культуры имени Русакова. Универмаг Мосторг на Красной Пресне — другой известный пример авангарда — встретили спокойнее.




    КУЛЬТУРА.РФ

  3. #3
    Аватар для Пyмяyx**
    Пyмяyx** вне форума Основатель движения, Administrator, координатор по Израилю,

     Великий Гроссмейстер Пурпур Народный реферер purpur.jpg

    Регистрация
    31.01.2003
    Адрес
    Санкт-Петербург и Кирьят-Экрон
    Сообщений
    145,037

    По умолчанию

    На смёпках с 1 Израильской

    Хочу переделать мир. Кто со мной?

  4. #4
    Аватар для Пyмяyx**
    Пyмяyx** вне форума Основатель движения, Administrator, координатор по Израилю,

     Великий Гроссмейстер Пурпур Народный реферер purpur.jpg

    Регистрация
    31.01.2003
    Адрес
    Санкт-Петербург и Кирьят-Экрон
    Сообщений
    145,037

    По умолчанию

    На смёпках с 1 Израильской

    Хочу переделать мир. Кто со мной?

  5. #5
    Регистрация
    22.01.2019
    Адрес
    Украина, Харьков
    Сообщений
    1,491

    По умолчанию

    Смотрю на фото и голова кружится. как там люди находятся?

  6. #6
    Регистрация
    15.07.2019
    Адрес
    Мигдаль Ха Эмек Израиль
    Сообщений
    1,381

    По умолчанию

    Цитата Сообщение от Маргарита Посмотреть сообщение
    Смотрю на фото и голова кружится. как там люди находятся?
    И что тебя тут удивляет? Все нормально.
    Мы каждый в этом мире судья и палач, прежде всего, самих себя

  7. #7
    Регистрация
    22.01.2019
    Адрес
    Украина, Харьков
    Сообщений
    1,491

    По умолчанию

    Значит фото сделано под таким углом. Я говорю о своих ощущениях.

  8. #8
    Аватар для Пyмяyx**
    Пyмяyx** вне форума Основатель движения, Administrator, координатор по Израилю,

     Великий Гроссмейстер Пурпур Народный реферер purpur.jpg

    Регистрация
    31.01.2003
    Адрес
    Санкт-Петербург и Кирьят-Экрон
    Сообщений
    145,037

    По умолчанию

    Цитата Сообщение от Маргарита Посмотреть сообщение
    Смотрю на фото и голова кружится. как там люди находятся?
    Ну, изнутри вид другой.
    На смёпках с 1 Израильской

    Хочу переделать мир. Кто со мной?

  9. #9
    Регистрация
    22.01.2019
    Адрес
    Украина, Харьков
    Сообщений
    1,491

    По умолчанию

    Посмотрела еще раз, Эффект тот же.

  10. #10
    Аватар для Пyмяyx**
    Пyмяyx** вне форума Основатель движения, Administrator, координатор по Израилю,

     Великий Гроссмейстер Пурпур Народный реферер purpur.jpg

    Регистрация
    31.01.2003
    Адрес
    Санкт-Петербург и Кирьят-Экрон
    Сообщений
    145,037

    По умолчанию



    Архитектура


    Дом Наркомфина: история здания и уникальный процесс реставрации

    Летом 2020 года вернулся к жизни дом Наркомфина — главный шедевр эпохи конструктивизма в Москве. Рассказываем об истории здания и уникальном примере реставрации.

    Софья Карпенко

    17 ноября 2020 г.


















    “Я хотел создать прецедент” — так начинает свой рассказ о процессе реставрации дома Наркомфина Алексей Гинзбург, внук Моисея Гинзбурга. Прецедент создать действительно получилось — вы вряд ли найдете реставрацию такого же уровня на территории России. Но сперва давайте углубимся в историю.


    Фасадам дома Наркомфина вернули оригинальный цвет, и он наконец-то вновь стал похож на тот самый “дом‑корабль”.


    Стеклянный витраж в коммунальном блоке вернулся к первоначальному облику, а пространство между колоннами-опорами вновь стало частью парка дома Наркомфина.
    “Дом переходного типа” на Новинском бульваре появился в 1930 году как результат эксперимента архитекторов-конструктивистов Моисея Гинзбурга и Игнатия Милиниса. Гинзбурга всегда волновали вопросы планировки жилых комплексов, он посвятил этому множество теоретических трудов и несколько глав своей программной книги “Жилище”. Дом Наркомфина стал идеальным воплощением всех его идей, но, к сожалению, просуществовал он в таком виде совсем недолго. Первыми жильцами “элитного” дома были сотрудники Наркомата финансов, и в том числе его глава Николай Милютин, для которого Гинзбург создал отдельный особняк на крыше — по сути, первый советский пентхаус. Квартиры-ячейки разных типов были предназначены как для больших семей (ячейки типа K на втором и третьем этажах), так и для одиночек (ячейки типа F и 2F).



    Видео
    Мастер-класс: выбираем комнатные растения вместе с флористом Кристофером Гриффином

    Популярное













    Одной из самых важных функций здания “переходного типа” по замыслу Гинзбурга была общественная. Поэтому там была устроена столовая, солярий на крыше, а пространство между колоннами должно было быть использовано для встреч и прогулок. По воспоминаниям жильцов дома, например Владимира Гинзбурга, отца Алексея Гинзбурга, столовой пользовались очень активно, и даже жители соседних домов приходили сюда на обед. Детский сад не был построен, но в коммунальном корпусе, прилегающем к основному зданию, организовали помещение для детских групп вместо спортивного зала. Чуть подальше, в прилегающем парке, стояло отдельное помещение самой современной прачечной. Все эти общественные пространства и коммунальные услуги были сосредоточены в доме для того, чтобы человек использовал свое свободное время для отдыха. Так видел себе Моисей Гинзбург не только дом нового типа, но и “человека нового типа” — современного и *не обремененного бытовыми заботами.



    Популярное











    Мастерская Моисея Яковлевича Гинзбурга в доме Наркомфина.


    Архивная фотография интерьеров коммунального блока.
    Именно к этой идее вернули дом новые собственники и авторы проекта реставрации. Уже в середине 1930-х годов колонны-опоры, которые воспевал и активно использовал в своих проектах Ле Корбюзье, были заложены — там появились дополнительные помещения и жилые площади. Часть ячеек превратилась в коммунальные квартиры, жильцы сменяли друг друга на протяжении многих лет, и практически все, что проектировали авторы, начиная от цветовых схем интерьеров и заканчивая сложнейшими инженерными системами Сергея Прохорова, к началу 2000-х было утеряно, а здание пришло в аварийное состояние.


    Аварийное состояние интерьеров в начале 2000-х в съемке Фрица фон дер Шуленбурга.



    Популярное











    Архивная фотография южного фасада коммунального корпуса.
    После многочисленных смен владельцев, эпохи креативных кластеров и йоги на крыше пришло время настоящей реставрации, которой занялись компания “Лига прав” во главе с Гарегином Барсумяном и архитектурное бюро “Гинзбург Архитектс”.


    Для того чтобы достичь оригинального зеленого цвета стен, студенты реставрационного колледжа сняли семь слоев краски. Как будет использоваться коммунальный корпус, пока не ясно — это еще обсуждается.


    Стеклянный витраж в коммунальном корпусе полностью оригинальный, реставраторы лишь очистили и заново покрасили его тонкие профили.



    Популярное











    Проект сделали за четыре года, и, как говорит Алексей, ничего, кроме Наркомфина, в эти годы в его жизни практически не было. Для того чтобы провести реставрацию такого уровня и превратить дом в объект элитной недвижимости, команде архитекторов и реставраторов требовалось провести огромный объем исследований. В первую очередь занялись инженерными решениями Сергея Прохорова и полностью восстановили их по оригинальным планам. Алексей оценивает этот пласт работ как самый сложный. Прохоров был абсолютным новатором для своего времени, он придумал “блоки Прохорова” — пустоты в межквартирных и междуэтажных перекрытиях, в которых прокладывали канализационные, водосточные и вентиляционные каналы. Архитекторам также удалось настоять на том, чтобы систему кондиционирования спрятали внутри, и она не портит облик здания.


    Лобби дома Наркомфина. Архитекторы ставили перед собой задачу создать интерьер в стилистике 1920-х годов, но не делать имитацию оригинального лобби.



    Популярное









    Второй важнейший пласт работ был связан с цветовыми схемами. Их разрабатывал один из мастеров школы Баухаус Хиннерк Шепер вместе с Гинзбургом. Конечно, все эти цвета — голубой, желтый, зеленый, красный — были утеряны, и перед реставраторами стояла амбициозная задача буквально докопаться до правды: стены исследовали буром и слой за слоем двигались к оригинальному цвету. Весь процесс реставрации задокументирован, и жители дома и его посетители могут изучать его прямо сейчас.


    Наглядный пример восстановления оригинальных цветовых схем — красный на потолке и голубой с желтым на стенах. На место также вернули ксилолитовые ступени.


    Законсервированные следы истории на перилах.
    Алексей Гинзбург настоял на том, чтобы на стенах остались незакрашенные куски — “культурные слои”, которые в конечном итоге привели реставраторов к первоначальному варианту, воссозданному как в общественных зонах, так и в некоторых квартирах. К счастью, девелопер проекта “Лига прав” абсолютно разделяет этот подход к реставрации. Именно на таких “кусочках истории” и строится это еле уловимое ощущение того, что обновленный дом Наркомфина — это живой памятник архитектуры, в котором бережно и с любовью восстановили все трещинки, законсервировали царапины на перилах, очистили дверные ручки квартир и воссоздали дух времени. “Я все время боялся ощущения новодела, это было для меня настоящим наваждением” — так описывает свои эмоции Гинзбург.


    Коридоры — “горизонтальные артерии” здания. Двери ячеек типа F исторически были покрашены в белый и черный цвета, так различались входы в нижние и верхние ячейки соответственно.





































    1 / 7










    Важным достижением реставраторов стала восстановленная система сдвижных окон. Архитекторы заново отлили железобетонные неподвижные рамы и отреставрировали уцелевшие подвижные деревянные, все это сложилось в аутентичную ленточную систему остекления, задуманную Гинзбургом. Удалось сохранить даже некоторые ручки, а новые отлили по их образцу на производстве.


    Деревянные оконные рамы и реплики оригинальных ручек.


    “Мы подняли культуру реплик на новый уровень”, — с гордостью заявляет Алексей Гинзбург. В доме Наркомфина они действительно достойны отдельного упоминания. Новые чугунные радиаторы изготовлены на том же заводе в Егорьевске, что и оригинальные радиаторы в 1930 году, светильники в общих зонах и коммунальном корпусе выполнены по фотографиям того времени, а новые дверные ручки органично блестят на белых и черных полотнах дверей.


    Те самые “кусочки истории”, по которым виден процесс реставрации. Гинзбург решил специально оставить открытым кусок камышита, который использовался для утепления перехода в коммунальный корпус, чтобы окончательно развеять все мифы по поводу низкого качества использованных Моисеем Гинзбургом материалов.




    Об интерьерах квартир-ячеек тоже позаботились. Гарегин Барсумян и Алексей Гинзбург сошлись во мнении, что новые жители должны въезжать в полностью готовые интерьеры, добавляя в них только мебель и декор. Во всех квартирах есть современные кухни, санузлы с оригинальной метлахской плиткой, а также система “умный дом”. История закольцевалась, и элитный дом для современного человека Моисея Гинзбурга вновь стал таким — уже для нового поколения своих обитателей.




    На крыше тоже провели исследование культурных слоев и нашли элементы оригинальной плитки 1930 года, по образцу которой произвели реплики. Функцию солярия крыше вернули.
















    Фото: Ольга Мелекесцева; Fritz Von Der Schulenburg/архив AD; Архив Дома Наркомфина












    ТегиАрхитектураГородМоскваРеставрация



    Читайте также
    На смёпках с 1 Израильской

    Хочу переделать мир. Кто со мной?

Страница 1 из 2 12 ПоследняяПоследняя

Информация о теме

Пользователи, просматривающие эту тему

Эту тему просматривают: 1 (пользователей: 0 , гостей: 1)

Ваши права

  • Вы не можете создавать новые темы
  • Вы не можете отвечать в темах
  • Вы не можете прикреплять вложения
  • Вы не можете редактировать свои сообщения
  •  
И как мы все понимаем, что быстрый и хороший хостинг стоит денег.

Никакой обязаловки. Всё добровольно.

Работаем до 01.10.2022

Список поступлений от почётных добровольцев



Яндекс цитирования Яндекс.Метрика

Архив

18+