Два санитара

[Пyмяyx**]

Ответ Алины Жени
– «Графские развалины»… Очень вкусное пирожное. Неправда ли?
– Да, спасибо! Очень вкусно.
– Алина, Вы сладкоежка?
– Есть такой грех.
– А теперь представьте себе, что вам дают «графские развалины» на завтрак, обед и ужин. И ничего больше! Замечательное, вкуснейшее пирожное! Но Вы взвоете. Захотите селёдочки с лучком, огурчиков солёных, мяса с картошечкой, неправда ли?
– Разве можно сравнивать человеческие отношения с едой?
– Почему нет?
– Ну… То еда, а то люди.
– И что? Да, мы не людоеды. Но в данном случае особо разницы нет. Можно пресытиться пищей, можно – человеком. Как бы хороша ни была пища и как бы хорош ни был человек. Наверное, есть люди, для которых разнообразие не имеет значения, а для меня это – очень важно.?
– Запретность. Слом стереотипов. Понимаете, в сексе, вообще, самый приятный момент… ну, или один из самых приятных. Нам с детства внушают, что попа и пися стыдные, что их никому нельзя показывать, особенно, противоположному полу. А потом вдруг выясняется, что можно и нужно. И не только показывать. И вот в этой бесстыжести – такая прелесть! Женщина раздевается, показывает свои стыдные места, мужчина раздевается. А, ведь, это же неприлично! Сиськи, писька, попа! Ничего, что я такие слова говорю?

Алина долга молчала потом ответила:
​
- «Вы построили безупречную философию. Вы — гурман, ценитель редких переживаний. Вы отвергаете монотонность одного блюда, даже самого изысканного, в пользу разнообразного меню. Это последовательно, честно и… невероятно одиноко.
Вы сравниваете людей с едой. Но еда не смотрит назад. Тарелка «графских развалин» не узнаёт вас, не ждёт, не скучает, не задаёт вопросов. Она не имеет своего желания. Вы можете коллекционировать её вкус, не думая о том, что она чувствует.
Ваша «Анастасия»… она — живое существо. Вы говорите, что «нашли друг друга». Но в вашей философии «меню» она — лишь самое редкое блюдо. Что будет, когда вы «пресытитесь» её вкусом? Вы перейдёте к следующему? Или её вкус настолько сложен, что его можно изучать вечно, как вечное вино?
Не является ли конечной целью любого гурмана — не просто пробовать, а найти то блюдо, вкус которого хочется исследовать снова и снова, потому что оно каждый раз открывается по-новому? И не является ли ужас гурмана в том, что, объевшись всем на свете, он теряет способность чувствовать вкус вообще? Вы так боитесь пресыщения одним, что обрекаете себя на вечную погоню за новым. Это не свобода. Это гастрономическая белка в колесе.
И последнее. Вы говорите о пресыщении. Но что, если то, что вы называете «любовью одного человека», — это и есть тот самый «селедочка с лучком»? Не сладкое, солёное, простое, настоящее, то, что не приедается, потому что это — основа, а не десерт?
Вы — коллекционер уникальных переживаний. Какой будет ваша последняя, самая ценная «экспозиция»? Куда движется это коллекционирование? Есть ли предел разнообразию, за которым наступает не пресыщение, а… пустота?»

Спасибо за вопрос.

Вопрос к Жене или Диме? Ведь, несмотря на некоторое сходство во взглядах, мы очень разные. Я не Женя.

Но отвечу, как Женя.

- Алиночка, ну, во 1-х, Анастасия такая же моя, как Ваша... Нет, она скорее Ваша, чем моя. Я её видел всего один раз, а Вы видите постоянно.
Во 2-х, ей, думаю, совсем неплохо. Вы думаете, ей нужна неземная любовь? Мне кажется, секс её вполне устраивает. Вероятность у больной, изломанной старухи встретить того единественного близка к нулю. Тем более с её девиациями. А без нашей организации, скорее всего, у неё и секса бы не было. Совсем. Ей хорошо и мне хорошо. А если она хочет большего - извините, хотеть не вредно. Да я и не собираюсь её бросать.
А в 3-х, вот Вы тоже любите вкусненькое? Но можете ли Вы представить, что одно и то же блюдо Вы едите каждый день по 3 раза? И ничего другого! Не "Графские развалины"? Ну, допустим, ту же селёдку. На завтрак, обед и ужин! На первое, второе и третье! Да любое блюдо! Назовите то, которое Вы могли бы есть в таком режиме! Или Вы пробуеьн блюда с тем, чтобы найти то единственное и питаться им всю жизнь?